«Criterion for selection of scientific theory.» «Критерий выбора научной теории».

 

(Это цитата термина, использованного Эйнштейном)

Очень невнятное и расплывчатое понятие.

Критерий верности (то есть соответствия истине) теории – это было бы точней и гораздо определённей.

Эйнштейн считает, что таких критериев два:

Первый, это, по его словам, «внешний» критерий – то есть теория должна согласоваться с опытом, подтверждаться им.

Второй критерий – это «внутренний», это степень внутреннего совершенства теории, её «естественность», «отсутствие произвола при выборе между ней и другими близко равноценными теориями.»

Начну с последнего.

«Естественность» теории, с одной стороны понятие знакомое многим мыслящим людям, но очень трудно определяемое какой-то формулой. Это, скорее, некое эмоциональное восприятие теории, нежели строго логическое.

Одно из необходимейших качеств – это внутренняя непротиворечивость, то есть ни одно из положений теории не противоречит другому. Это уже не эмоциональная, а вполне доступная для объективной оценки характеристика.

Эмоциональная оценка крайне субъективна уже по определению

Логическая непротиворечивость – вполне доступна беспристрастному анализу.

К сожалению, ни естественность, ни логическая непротиворечивость теории не делают её верной. Есть масса таких теорий, которые оказались совершенно неверными.

О них пойдёт речь чуть позже.

Первый критерий вглядит вполне резонным, «объективным» и всё прочее.

К сожалению, (опять это сожаление!) и он мало что даёт.

Примеры, неоднократно мной упомянутые:

Геоцентрическая теория Птолемея.

Подтверждается ли она опытом?

Да, конечно, ибо и мы, и все живые существа до, теперь и после нас видели, видят и будут видеть, что Солнце, планеты, вся Вселенная вращаются вокруг нас! Это же «естественный» миллиардолетний опыт! («Общественная практика», которая по диалектическому материализму и является критерием истины, подтверждает вращение мира вокруг нас, центра!)

Но весь этот «очевидный любому» опыт, начиная от первобытных одноклеточных, воспринимавших свет, и до нас, в корне неверен!

Нет никакого центра в виде Земли, вокруг которого вращается весь мир!

Теория теплорода – флогистона Шталя. И внутренне вроде бы непротиворечива и тоже подтверждается тысячами опытов. По сей день формулы теплового баланса основаны именно на ней!

Опять – она полностью неверна!

Значит опыт, как таковой, сам по себе ничего не доказывает, ибо суть – в его толковании.

Аристарх Самосский и Коперник никаких опытов с вращением мира или Земли не проводили, и опыта земной жизни, видящей ежедневные восходы и закаты Солнца и вращение Вселенной вокруг нас, не опровергали. Они дали лишь ДРУГУЮ ТРАКТОВКУ повседневному опыту.

В теории Шталя – аналогично, была дана другая трактовка верно замеченным и описанным явлениям.

Я уже приводил один пример «Трактовки».

Повторю его.

Некий мальчик выступил с утверждением, что уши паука находятся на ногах.

В качестве экспериментального подтверждения он положил паука на стол и крикнул: БЕГИ!

И паук побежал!

Затем мальчик-садист отрезал у паука ноги, снова положил его на стол и снова крикнул: БЕГИ!

И паук не тронулся с места. На этом основании «учёный» уверенно заявляет, что его «теория» соответствует опыту!

(Интересно, что само утверждение верно: чувствительные сенсоры колебаний паутины находятся у паука действительно на ногах.)

Итак, мы видим, что собственно опыт ничего не подтверждает или опровергает, а самое важное в нём – как его толкуют! Но это «Толкуют» сводит на нет всю объективность опыта. Ибо можно, в зависимости от ПРЕДУСТАНОВКИ, толковать один и тот же результат с точностью до наоборот!

Как это делал Птолемей, Шталь и мальчик — садист, между прочим, удивительно похожий по методу на сотни так называемых физиологов. Они тоже что-нибудь перерезают, вырезают, разрушают или сжигают в организме несчастного подопытного животного, а затем важно утверждают, что ЭТО ответственно за что-то и т. д.

Таким образом, пришли мы к печальному выводу, что ни стройность теории, ни внутренняя непротиворечивость, ни опытные «доказательства» не являются критериями истинности теории.

А что же тогда?

Диамат отвечает: Общественная практика. Но мы только что видели, что «общественная практика» миллионы лет подтверждала геоцентрическую теорию Птолемея.

«Общественная практика» сто лет подтверждала и продолжает подтверждать теорию флогистона.

«Общественная практика» два тысячелетия подтверждала положение Аристотеля о том, что скорость тела зависит от силы, к нему приложенной!

Нагляднейший пример: Повозка, запряжённая одной лошадью движется с некоторой скоростью.

Двумя лошадьми по такой же дороге – вдвое быстрей! Четвёркой – вновь намного быстрей!

И все люди это видели веками!

Потребовалась гениальная проницательность Галилея, чтобы опровергнеуть этот миф. НЕ СКОРОСТЬ, а УСКОРЕНИЕ зависит от приложенной к телу силы! А ВСЕ видят как раз иное! Скорость!

Наконец, если во всех биологичеких лобораториях мира повторят в точности опыт мальчика-садиста, то результат опытов всегда будет тем же, то есть подтверждающим его «теорию».

Так, ЧТО ЖЕ есть критерий истины?

Диамат нам твердит: Общественная практика, правда, хитроумно оговаривается, да так, что утверждение расплывается в наших мозгах в нечто непонятное.

Это критерий, де, и абсолютный и относительный! Вот, те, и на! Как может быть что-то и абсолютным и относительным одновременно?

Оказывается может, ибо: Абсолютный тем, что ДРУГОГО критерия истины у нас нет. Это, де, абсолютизирует практику.

Относительный, так как даже это не даёт полностью однозначного ответа, где же спрятана истина. Вот и ищи истину «днём с огнём», когда огонь и абсолютный и при том относительный.

Об опасности предвзятости в толковании результатов эксперимента пишет Эйнштейн, говоря о двух выдающихся учёных Эрнсте Махе и Вильгельме Фридрихе Оствальде, которые, вопреки всему, отрицали наличие атомов!

«Это – интересный пример того, как философские предубеждения мешают правильной интерпретации фактов даже учёным со смелым мышлением и тонкой интуицией!»

Позволю себе чуть «подправить» одно слово Эйнштейна. При чём здесь «философские»?

А принятая в стаде ИДЕОЛОГИЯ не помешает?

А личные симпатии и антипатии не помешают?

А известное высказывание Ларошфуко, недавно цитированное, о том, что передние ряды в правом деле заняты, а садиться в задние – обидно, это не мешает?

Значит здесь надо просто обобщить:

Любые доминантные идеи нашего мышления всегда мешали и будут вечно мешать нам всем (не только талантам и учёным) думать трезво и ясно! Ибо они, как я объяснял не раз с точки зрения нейрофизиологической, через свои аксоны БЛОКИРУЮТ «инакомыслие» и для «разблокировки» этого требуются большие умственные усилия.

Вновь, так ЧТО ЖЕ – критерий???

Гармония (по Эйнштейну), красота, изящество гипотезы?

С красотой я тоже давно расстался, ибо понял и убедился на собственном опыте, что красота гипотезы ни коим образом не является свидетельством её истинности.

Выдающийся французский математик Анри Пуанкаре давал такое определение математического изящества. Пуанкаре называл изящным математическое построение, позволяющее выводить наибольшее число положений из наименьшего числа посылок. Но изящество ещё не есть верность, впрочем, в математике это вообще не столь существенно, ибо она оперирует не с реальностью, а с некими мыслительными построениями и их «верность» определяется непротиворечивостью конструкций с исходными аксиомами, а не сравнением с реальным миром.

Но запомним этот «принцип», в нём намёк небезынтересный.

«Гармония» – тоже выглядит уж очень субъективно. А, что это такое, вообще?

Допустим, это некое соответствие, согласованность всех частей теории (или гипотезы) друг другу и, главное, соответствие всего «тела» идеи множеству внешних, смежных и даже не смежных теорий и областей знания.

Итак, изящество, гармония, естественность, непротиворечивость – можно ли эти очень уж выглядящие произвольными (кроме последнего) и субъективными качества выразить как-то иначе:

Например странным словом СОВПАДАТЕЛЬНОСТЬ.

Детская игра с составлением картинки из причудливо вырезанных кусочков, «PUZZLE» головоломка. Вставляем в определённую рамку кусочки, следя за тем, чтобы они СОВПАДАЛИ по контурам друг с другом. Набор большой, кусочков гораздо больше, чем нужно и мы должны выбрать лишь те, которые ПОДХОДЯТ к картинке, причём мы НЕ ЗНАЕМ заранее, а что за картинка, которую мы складываем! Нашли, наконец, и составили полностью СОВПАДАТЕЛЬНО всю картину.

Ура!

Не давая перевести дыхание, нам предлагают новую картинку в другой рамке. Снова – множество фигурно вырезанных кусочков. Опять пыхтя и мучительно примеряя то один, то другой кусочек, выкладываем опять НЕИЗВЕСТНУЮ априори нам картинку. Выложили! НО ПОЧТИ!!! Одного какого-то кусочка вообще нет в наборе!!! Сразу сомнение: А, может быть, мы исходно выкладывали НЕ ТУ КАРТИНКУ, потому и не сложилась полностью? Вон, сколько кусочков валяются неупотреблёнными!

Разрушаем сложенную почти целую и вроде осмысленную картинку и начинаем использовать другие кусочки. Ничего не получается. Снова возвращаемся к первоначальной, недоделанной картинке. Но нет в наборе такого кусочка!!! Вдруг вспоминаем, что встречали уже именно такой кусочек и вложили его в первую картинку!!
Бежим к первой, совпадательно сложенной, вытаскиваем из неё этот НУЖНЫЙ кусочек и вставляем его в нашу новую картинку.

ВСЁ СОВПАЛО! УРА!

Нам предлагают снова третью рамку, теперь уже не прямоугольной формы, как первая, не квадратная, как вторая, а овальную! И опять набор фигурных кусочков. Опыт у нас уже есть и бойко начинаем составлять новую картинку в новой рамке. И опять. Где-то, чуть сбоку картинки, не хватает НУЖНОГО кусочка. Но память уже подсказывает: А, вона, тот самый, который мы переместили из первой во вторую! Выбираем из второй и вкладываем ТОЧНО СОВПАДАТЕЛЬНО в третью! Снова совпало, снова ура!

Начинает проглядывать некая система. Если условно вот этот кусочек, так здорово помогающий нам в разных картинках, назовём ГИПОТЕЗОЙ, то получается, что эта гипотеза прекрасно укладывается в совершенно разные явления природы и все объясняет СОВПАДАТЕЛЬНО!

Вот и АПРИОРНЫЙ КРИТЕРИЙ ИСТИНЫ.

Если одна гипотеза, придуманная для одной конкретной области знания, или даже только для одного явления, вдруг оказывется успешно «работающей» для объяснения других явлений, часто совершенно непохожих и даже не связанных с первоначальным явлением, не есть ли это «знак свыше», что мы придумали ВЕРНУЮ, то есть истинную гипотезу, точнее, уже теорию, хотя ещё и не проверенную в опыте, или, возможно, проверенную, без ведома этой, новой, гипотезы. То есть объяснили некое явление или целую серию эффектов каждый раз по-своему, придумав много РАЗНЫХ «доводов», а на самом деле, причина-то ОДНА – наша гипотеза! Но тогда ещё неведомая!

Гипотеза одна, а дала сразу много объяснений, да ещё, вот же странно, в разных областях науки!

Самое время вспомнить высказывание Анри Пуанкаре (выбросив слово «математическое»): Построение, позволяющее вывести наибольшее число положений (следствий) из наименьшего числа посылок, (логических допущений),

А, если попробовать расширить не количственно, а качественно этот афоризм:

Теория, гипотеза, идея, позволяющие вывести нечто весьма оригинальное (Но адекватное) из самого, что ни на есть заурядного, обычного.

Получили уже описанный «Коэффициент Гениальности». Дробь, где в числителе – степень необычности, незаурядности идеи-вывода, а в знаменателе – та же степень необычности, незаурядности ИСХОДНОЙ посылки-базы. Чем зауряднее база, и чем незауряднее вывод из неё, тем гениальнее результат.

Если я приведу примеры из Теории Относительности, которая была выведена из нескольких всем физикам известных явлений и экспериментов, а сама блещет необыкновенной незаурядностью, даже парадоксальностью, это многим читателям навряд ли даст ЭМОЦИОНАЛЬНОЕ ощущение действительной незаурядности, ибо требует всё же некоторого специфического знания.

Поэтому приведу, уже в который раз использованные, примеры из литературы, из-за их

несравненно более лёгкой доступности.

«Остап, размахивая бёдрами, запел в быстром темпе»

Нелепость такого оборота очевидна: Размахивать можно саблей, флагом, палкой, руками, наконец, но не бёдрами. И, одновременно, эта нелепость необыкновенно точна, хоть и неожиданна. Остап так разухабисто стал вихлять бёдрами, что, действительно, могло создаться впечатление «РАЗМАХОВ»! А ведь описывается заурядность!

«Эме Танатогенос изъяснялась на языке Лос-Анжелеса; скудная меблировка её интеллекта, все атрибуты этой меблировки, о которые обдирал себе коленки пришелец из Европы, были приобретены в местной школе и университете…»

Ивлин Во, «Незабвенная», перевод Б.Носика.

Что описывает Во? Что героиня была туповатой, малознающей и достаточно ограниченной девушкой, в то время, как её кавалер Деннис Барлоу был эрудированным англичанином, поэтом.

Но если бы Во написал предыдущую фразу, «тупая, ограниченная, малознающая», – это НЕ БЫЛО БЫ талантливой литературой, а заурядностью. Из этой заурядности, Ивлин Во сделал произведение искусства!

На ту же тему:

«Клавдия Ивановна была глупа и её преклонный возраст не позволял надеятся на то, что она когда-нибудь поумнеет»

Ильф и Петров описывают просто старую дуру, Но если бы они написали, что Клавдия Ивановна была старой дурой, это было бы лишь констатацией зауряднейшего явления, Они же сделали из заурядности. талантливое произведение высокой литерратуры!

В.Набоков «Пнин».

«Отслужившая своё швейная машина занимала проход в ванную, где по обыкновению короткая ванна, созданная для карликов племенем великанов, наполнялась так же медленно, как бассейны и резервуары в русских задачниках»

О чём это? Да о зауряднейшем факте жизни: Испорченные краны заполняют короткую американскую ванну очень медленно. Но как гениально описана вся эта ванна и её краны!!!

На этих немногих примерах мы можем убедиться, что «расширенная» мысль Пуанкаре верна:

Из самых обычных и немногих (смысл – ЗАУРЯДНЫХ) исходных «посылок», могут быть созданы незаурядные гипотезы. Ведь эти фразы – это тоже литературные гипотезы! Предположения! Допущения!

Допустим, мы опишем это событие вот так… И, оказывается, ГЕНИАЛЬНО, точно и адекватно!

Ну, а что с критерием теории?

А вот он!

Априорный Критерий Истины: Гипотеза, созданная для ОДНОГО явления, «внезапно» находит успешное применение ко многим другим явлениям и в других областях знания.

Разумеется, нужно и опытное подтверждение, но, как уже упоминалось, главное в опыте не его результат, а ТОЛКОВАНИЕ результата, и здесь надо руководствоваться не тупой школярской предустановкой, а, снова, всё тем тем же критерием!

«Теория производит тем большее впечатление, чем проще её предпосылки, чем разнообразней предметы, которые она связывает и чем шире область область её применения.» А.Эйнштейн

Так нередко случается с любым думающим человеком:

«Шёл в одну комнату, а попал в другую, ЛУЧШУЮ!»

1 VI 2019

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s