If in the first act of play the gun is hanging on the wall…. Если в первом акте пьесы на стене висит ружьё…

Если в первом акте пьесы на стене висит ружьё…

То в последнем оно должно обязательно выстрелить.

Эта аллегория Чехова является неким методологическим принципом литературы или даже вообще искусства. Правда, очень не новый и не Чеховым изобретённый.

Много веков до него английский философ номиналист Джон Оккам высказал некий принцип и философии и науки:

Non sunt multiplcanda entia praeter necessitatem.

Сущности не следует умножать без необходимости.

Мысль Чехова являет собой эхо этого высказывания, отражённого от литературно -драматической стенки. Но суть вроде верная, следует отметить при всей моей нелюбви к Чехову, драматургу и человеку. Признавая его несомненный талант как автора коротких рассказов. Пьесы его – тупо-тягомотные, размазывания манной каши по тарелки до такой степени, что она превращается в какую-то серую, непотребную для еды массу чего-то никак неудобоваримого. Что же до человеческих качеств, то Чехов был бы отличным случаем для психиатра, как совершенный параноик.

Но не о нём речь.

В старых романах, солидных и добротно скроенных, меня всегда раздражала именно эта манера. Писатель необыкновенно скучно и нудно описывает нечто, что в дальнейшем не сыграет ни малейшей роли. Обстановку гостиной, с портретами предков, одежду, внешний вид героев, содержимое всяких комодов и сундуков, причём ни к интриге романа, ни к приключениям или переживаниям героев, вообще, ни к чему дальнейшему, все эти тщательныо выписанные картины ничего не добавляют и не отнимают. Они не нужны. Однако законы жанра со строгими указателями, неизвестно когда и неизвестно кем застолблённые, требуют с обязательностью этой ненужности и авторы исписывают десятки страниц, изощряясь в «описательности» ради неё самой. Самое прискорбное, что большинство так называемых писателей, именно в этом демонстрируют свою полную бездарность. И единственная польза от всей этой до мучительной зевоты скукоты, это школьным учительницам, обожательницам грамматики. Помню, что ненавидел Тургенева за эти растянутые на страницу фразы со сложно-подчинёнными сложно-сочинёнными предложениями, деепричастными оборотами и прочей синтаксической шелудой.

Недаром ходил в твёрдокаменных двоечниках по предмету: русский язык и литература.

Как впрочем и по многим другим…

Но Чехов забыл очевидную истину: Описания описаниям рознь.

Ведь суть-то искуства, не ЧТО, а КАК!

Искусство не заключается в том, что висящее в первом акте ружьё выстрелит в последнем. Важно не ЧТО происходит в художественном произведении, а КАК это описано. Можно описывать, я уже не раз упоминал об этом, взрывы звёзд, столкновения галактик, гибель или рождение целых миров, а нам смертельно СКУЧНО читать всю эту бормотуху.

А можно именно ОПИСЫВАТЬ нечто заурядное так, что остаётся в восхищённой памяти навсегда. Вот в этом-то и ошибка Чехова и многих других артистов.

И талант писателя заключается не в том, что он описывает, а КАК!

Я уже приводил придуманный мной «коэффициент гениальности или незаурядности». Это дробь, в знаменателе которой стоит исходная заурядность чего-то, события, наблюдения и так далее, а в числителе – ЧТО сделал автор с этой заурядностью, то есть тоже степень заурядности. И классическими примерами высокого коэффициента НЕЗАУРЯДНОСТИ являются талантливые описания самых обычных и рутинных вещей. Это тот критерий, к которому должен стремиться любой автор. Уметь описать самую что ни на есть обычность, но так, что это описание само по себе, независимо от содержания, становится блестящим произведением искусства.

Примеры приведу, чтобы не быть голословным, хотя уже цитировал их многократно (да всё невпрок).

Ивлин Во, «Незабвенная».

Описывает ограниченную американскую девушку, никак не монстра и не блистательную личность, СРЕДНЕарифметическую.

«Эме Танатогенос изъяснялась на языке Лос-Анжелеса; скудная меблировка её интеллекта,

все артибуты этой меблировки, о которые обдирал себе коленки пришелец из Европы, были приобретены в местной школе и университете…»

Ведь если бы Во вместо таких блистательных ОПИСАНИЙ, сказал бы просто и ясно — Эме была просто ограниченной дурой, то это было совершенно точным портретом заурядности,

но это не было бы ЛИТЕРАТУРОЙ!

«Профессиональные движения мистера Джойбоя были исполнены жизнерадостности. Он стянул с рук резиновые перчатки с тем же изяществом, с каким стягивает их герой Уйды, вернувшись из конюшни».

Уйда – писательница, Мария Луиза де ля Раме, описывавшая в романах высшее общество с его изысканностью и манерами.

(Кстати, в детстве прочитал один её рассказик «Степь», совершенно не в этом духе, Про какую-то, помнится,девочку, бредущую через степь , чтобы, кажется, спасти своего отца. Не ручаюсь за точность!)

Мистер Джойбой – один из героев, главный специалист препараторщик в погребальной фирме Лос-Анжелеса, который готовил трупы к публичному обозрению перед погребением или кремацией, Жизнерадостный и элегантный в манерах!!! Кого описывает Ивлин Во? Великого драматического артиста, тенора с мировым именем? Заурядность, главного похоронщика!

Но КАК??? Это ЛИТЕРАТУРА!

«Клавдия Ивановна была глупа и её преклонный возраст не позволял надеяться на то, что она когда-нибудь поумнеет»

Это, конечно же, два блистательных литературных таланта Илья Ильф и Евгений Петров. А ведь абсолютное большинство людей и писателей просто написали бы: Была старой дурой.

НО это не было бы ЛИТЕРАТУРОЙ!

«Как здоровье тёщеньки, разрешите узнать?

Ну, дай бог здоровьичка. – с горечью сказал Безенчук, – одних убытков сколько несём, туды его в качель.»

Опять, ситуация заурядная: Гробовых дел мастер интересуется здоровьем престарелой тёщи Ипполита Матвеевича, в надежде, наконец, продать свой гроб!

Два слова всё изменяют в этой сцене: «С ГОРЕЧЬЮ».

Иначе сказать, проще и короче, можно. Но это не было бы ЛИТЕРАТУРОЙ!

Набокова, его ОПИСАНИЯ, я цитировал уже многократно. Сила и красота его слов исключительна!

«А ты – нэ боишься, что мы тебя жи первого и расстреляем?

…………………………………………………………………………………………

Товарищ Сталин!.. Так если я заслуживаю… Если нужно…

…………………………………………………………………………………………..

Правильно! – С улыбкой, как бы хваля за сообразительность, сказал Сталин.

— Когда заслужишь – тогда и расстреляем!»

А.Солженицын, «В круге первом».

И тут большоя литература. Простенькая игра слов: Абакумов говорит «ЕСЛИ», а Сталин – «КОГДА». Огромная разница!

У Абакумова – условное «если».

У Сталина – лишь вопрос времени, приговор уже вынесен и лишь отложен на «когда»!

Это всего несколько примеров настоящей литературы для всех нас.


Нет, вовсе не обязательно ружьё должно выстрелить, а КАК оно висит и на какие мысли, без выстрела, наводит!?

10 I 2020

If in the first act of play the gun is hanging on the wall…. Если в первом акте пьесы на стене висит ружьё…: 2 комментария

  1. Уважаемая Narine,
    Благодарю Вас за внимание к вопросу о том, должно или не должно выстрелить ружьё.
    Думаю, что такого вопроса вообще нет и Чехов заблудился в трёх соснах, вместо того, чтобы понять смысл искусства в целом.
    Ваш Эспри

    Нравится

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s