To close the ring of creativity. Замкнуть творческое кольцо.

Очень странная и интересная идея Станислава Лема. (Сборник «Мнимая величина». Рецензия на работу «История бит-литературы»)

Лем, что называется, с первых же строк этой рецензии «берёт в плен читателя».

Бит-Литература – это литература, авторами которой являются компьютеры, поколений двухчисленных, причём, сочиняющие сами художественные произведения. И Лем незамедлительно указывает на наличие двух школ в подходе к такой литературе: Европейской и Американской. Европейский подход, традиционно гуманнистический, интересуется собственно содержанием этой литературы, стилистикой, тематикой и прочим.

Американский же подход включает в себя и интерес к «анатомии и физиологии» авторов!

Для «человеческой» литературы это выглядит по меньшей степени странно: Какая разница в анатомии и физиологии Данте Алигьери и Владимира Набокова? При чём здесь вообще анатомия и физиология? Можно ещё указать на разницу в стиле и тематике произведений, написанных женщинами-авторами и мужчинами (особенно в поэзии). Но и это не столь существенно и разница в анатомии и физиологии Сапфо и Ахматовой или Цветаевой и Элизабет Барретт-Браунинг не слишком отразится в их произведениях. Хотя некоторые особенности поведения в «специфических ситуациях» поэтессы Сапфо, жившей на острове Лесбос, отличались, по-видимому, от поведения в таких же «ситуациях» трёх последующих упомянутых поэтесс.

Но тут Лем умело «закручивает» первый виток спирали мысленной интриги, что сразу вызывает невольную улыбку восхищения его изобретательностью:

Разница между «анатомией и физиологией» разных компьютеров может быть огромна, то есть их конструктивное, «в металле», воплощение и программное обеспечение может быть абсолютно несхожим и потому это, естественно, отразится и на их творчестве!!!

Люди по физиологии и анатомии весьма схожи друг с другом!

Компьютеры же могут быть по тем же параметрам совершенно НЕсхожими!

А это означает, что и «мышление» их будет различным по форме и содержанию! Что, конечно же, означает создание совершенно непохожих опусов.

Таких мыслительных, засасывающих читателя, водоворотов в этой рецензии Лема премного!!!

Без спасательного круга не обойтись.

А, впрочем, пусть засасывают! Утонуть мыслию в талантливой пучине даже приятно и, несомненно, интересно.

Попробую всё же всплыть на поверхность… Оглядеться.

Посмотреть в прозрачную глубину, населённую фантазией Лема, сверху….

«Приходит, уходит волна быстротечно:

А юноши нет и не будет уж вечно…»

Ф.Шиллер, «Кубок»

Перевод В.Жуковского

Языки. Завиральная и навязчивая идея Лема.

Любой НОРМАЛЬНЫЙ язык отражает НОРМАЛЬНОЕ мышление.

Можно напридумывать массу бредовых языков, отражающих, соответственно, психопатическое мышление, которые при всей их «человечности» понять нельзя.

«Эне, бене, раба

Квинтер, финтер, жаба!»

«Эн, де, труа, катр

Мадмуазель Журоватр»

Ни малейшего смысла в этих словах нет, хотя это — язык человеческий, а не «компьютера восьмидесятого поколения».

В общем, тему эту я уже не раз обсуждал и мнение своё высказал.

В этой же рецензии Лема есть и такая идея.

Машина, прочитав все произведения Ф.М.Достоевского, написала новый роман в его стиле.

Цитирую:

«Первым произведением бит-мимезиса, получившим всемирную известность, был роман Псевдо-Достоевского «Девочка». Создал его в релаксационном режиме многоблочный агрегат, занимавшийся переводом полного собрания сочинений русского писателя на английский язык. Выдающийся русист Джон Рали в своих воспоминаниях рассказывает, какое потрясение он пережил, получив машинную рукопись, подписанную странным (как он полагал) псевдонимом ГИКСОС. Впечатление, произведенное чтением «Девочки» на этого знатока Достоевского, надо думать, было и впрямь неслыханным, коль скоро он, по его словам, усомнился, что читает роман наяву! Авторство текста было для него несомненным, но в то же время он знал, что у Достоевского такого романа нет!»

Не могу цитировать всю рецензию. Пусть заинтересовавшиеся ею читатели сами прочитают и прочувствуют её. Но дальше Лем высказывает совершенно фантастическую мысль: Всё творчество Достоевского при анализе его машинами-переводчиками можно визуализовать в виде некого «тела» в N-мерном фазовом пространстве машинной памяти. И тело это, по словам Лема, представило собой некий разомкнутый тор, бублик с разрезом, кольцо с зазором. Для машин-переводчиков это явилось как бы свидетельством, что писатель НЕ ЗАВЕРШИЛ весь своёй творческий замысел и потому ОНИ САМИ ДОПОЛНИЛИ ЕГО, ЗАМКНУВ КОЛЬЦО РОМАНОМ «ДЕВОЧКА».

Идеи Лема фантастичны, но абсолютно адекватны и гениальны.

(Поэтому как раз эту рецензию лично мне было очень нелегко читать и приходилось каждые несколько строк прерывать чтение и обдумывать эти блестящие идеи, «играть» с ними.)

Так вот, эту идею Лема я не приемлю. Творчество любого человека не может быть ЗАМКНУТОЙ фигурой в каком-либо, сколь-угодно-мерном фазовом пространстве. Оно может быть представлено некой спиралью (наподобии диалектической спирали), но НЕ ЗАМКНУТЫМ КОЛЬЦОМ.

Если творец умирает, что всегда случается с живыми существами, но не с компьютерами, то спираль просто обрывается… Но в творчестве никакого кольца, которое надо замкнуть, НЕТ!

Тяжёлая для осмысливания (для меня лично) рецензия, но необыкновенно интересная!

8 VII 2021 – 12 VIII 2021

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s