«Увели девушку! – Пробормотал он. – ПРЯМО ИЗ СТОЙЛА УВЕЛИ. Фемиди! Немезиди!

Представитель коллектива Фемиди увёл у единоличника-миллионера…».

Все, конечно, помнят эти слова Остапа Сулеймана Берта Мария Бендера-Задунайского в адрес Зоси Синицкой, бывшей уже двадцать семь дней женой секретаря изоколлектива железнодорожных художников Перикла Фемиди, которому она, О СЧАСТЬЕ, купила НОСКИ С ДВОЙНОЙ ПЯТКОЙ!

Как замечают Ильф и Петров, Остап сразу понял, «что носки с двойной пяткой – это не просто продукция какой-то кооперативной артели лжеинвалидов, а некий символ счастливого брака, узаконенного ЗАГСом».

Сколько раз перечитывал эти два гениальных романа, вроде бы и наизусть уже можно запомнить, а каждый раз обнаруживаю нечто новое, говоря более определённо, вдруг видишь нечто уже давно знакомое под неожиданным углом зрения. Это – ещё одно подтверждение Закона (Запаздывающей) Скрытой Индукции, когда воспринимаем не только прямой смысл, вложенный автором в некое предложение, а в нашем сознании возникает ЛЕГАТО, ассоциативная связь, с чем-то достаточно понятийно удалённым.

Вот и сегодня, вдруг вспомнилась эта классическая фраза Остапа: ПРЯМО ИЗ СТОЙЛА УВЕЛИ,

То есть любимую им девушку, им же и брошенную посреди улицы, увели из стойла как кобылицу! (Девушки, как известно, обычно в стойлах не содержатся…)

Даже доярки и свинарки…

И задал я себе вопрос: Откуда взялось в мозгах Ильфа и Петрова такое неожиданное, но всё же, как у талантов часто бывает, удивительно точное сравнение?

Зося Синицкая, по описаниям, была красивой девушкой с короткой спортивной стрижкой и на лошадь никак не походила.

Так, при чём здесь стойло???

Для этого пришлось вспомнить французскую литературу тех времён, когда в ней небезмятежно расцветали Амандина-Люсиль-Аврора Дюдеван, в девичестве Дюпен, (Жорж Санд) и Александр Дюма-сын, её «очень близкий друг», точнее – любовник, ещё точнее — один из …

За одно уважаю и даже восхищаюсь Жорж Санд. Не её убогими романами для горничных, и не её любовными связями с Шопеном, Проспером Мериме, Дюма-сыном, Альфрелом де Мюссе и многими другими… (Даже свой псевдоним она составила из имени и фамилии своих ранних любовников).

А твёрдостью характера при на удивление «мягкой и слабой женской натуре».

Кто бы ни был у неё в спальне, рано утром она вставала и два часа писала! (Ударения на «А»!)

Думаю, советский журналистский лозунг «Ни дня без строчки» позаимствован именно у неё!

Железная Аврора!

Крейсер! Дредноут!

Ежеутренние залпы Авроры!

Никак не могу похвастать такой «приверженностью к перу»!

Так вот, Жорж Санд довольно юной девушкой (18 лет) была выдана замуж за Казимира Дюдевана, человека, возможно, не злого и с добрыми намерениями, но совершенно лишённого чуткости и деликатности к интимным чувствам молоденькой девушки…

И, вспоминая свои очень нелёгкие девичьи переживания при этом замужестве, она как-то с мужской прямотой сказала Александру Дюма-сыну о судьбе многих девушек:

«Мы растим их как святых, а случАем, как кобылиц».

Так протянулась дуга мыслительного легато от Остапа к Жорж Санд.

Ильф и Петров наверняка знали об этих словах и потому в данном случае «увод девушки из стойла» был естественным!

Разумеется, это лишь вольная фантазия автора, гипотеза, не более.

25 VIII 2020